В интервью Украинской правде режисер Андрей Жолдак рассказал о своей работе в Черкасском драматическом театре. Полный текст можно прочитать здесь. Отрывки, в которых режиссер говорит о Черкассах, предлагаем Вашему вниманию.

- Расскажите, пожалуйста, подробней о постановке "Войцека".

- Я работал целый месяц без выходных. Сейчас нахожусь в прекрасном, гармоничном настроении. О самом спектакле сложно рассказывать. Он мне уже практически не принадлежит. Он отделился и начинает жить своей жизнью. "Войцек" - это мое ощущение современной Украины через пьесу немецкого драматурга.

- Вас всегда отличают эпатажные, шокирующие постановки. Последний ваш спектакль, поставленный в Украине, "Ромео и Джульета" вообще был запрещен. Что ждет зрителя в этот раз?

- Я занимаюсь авторским театром, поэтому спектакль никогда не будет прямой иллюстрацией пьесы. В "Войцеке" также будут шокирующие сцены не только для зрителей Черкасс или Киева, но и других стран. Это провокация и мне интересно провоцировать и депутатский корпус, и бизнесменов, и художников, и фотокорреспондентов, и самых лучших проституток, словом, всех, кто придет на спектакль...

Кроме всего прочего, "Войцек" - мой диалог с культурами, окружающими Украину, с ведущими режиссерами мира, лидерами современного театрального процесса, такими как немцы Кристоф Шлингензиф, Франк Касторф, Кристоф Марталер, итальянец Ромео Кастелуччи (на сегодня директор Авиньонского  фестиваля), русским режиссером Кириллом Серебренниковым.

- Вы выбрали для своего проекта остросоциальную пьесу. Насколько для вас важна социальная ангажированность театра?

- Часть действия, с одной стороны, происходит в космосе лет эдак через 200. Но вторая часть - современная Украина, Черкассы в наши дни. Для меня Войцек живет где-то рядом с нами, ходит по тем же улицам. И когда в тексте пьесы встречается фраза "По улице катится оторванная голова", то на видео можно увидеть черкасские улицы. И все это соединяется уже у нас в голове - текст "Войцека" и видео оборванных черкасских улиц. Реально, я вижу оторванные головы на Черкасских улицах, понятное дело как художник в своих фантазиях…

- Это уже не первое ваше сотрудничество с Черкасским областным академическим музыкально-драматическим театром им. Тараса Шевченко. Почему именно с ним?

- Если коротко, то в 2001 году я сделал спектакль "Женитьба" и спектакль сразу очутился на пяти фестивалях и получил международное признание. Но, если бы не было этого чудесного директора Владимира Осипова, то я бы в Черкассах не ставил. У него есть желание изменить театральную ситуацию, исправить ее.

- А как вам работалось с артистами черкасского театра?

- В "Войцеке" нет так называемых звезд. Они словно люди без имени. Словно крупнейший футбольный клуб, сплоченная команда. Это не Черкасский театр приехал в Киев, не провинциальные актеры-самограи. Эти актеры работают как машины. И такой спектакль может быть в Берлине, Амстердаме или Лондоне. Сегодня репетиционная столица в Украине в Черкассах, а не в Киеве. И я говорю это открыто. Киев сегодня культурно закрыт и существует безобразно.

Но есть острый момент, о котором я должен сказать. Черкасский областной театр - единственный крупный театр на всю область. Сама же область - одна из богатейших и крупнейших областей Украины. Но такого нищего театра я не видел нигде. Позор и губернатору, и мэру города, и депутатам областного совета.

В театре работает всего 35 артистов, а зарплаты получают на уровне Китайской народной республики. В театре нет ни достойного света, ни звука необходимого качества, нет новых технологий. Мне кажется, что работу наших политиков необходимо проверять по состоянию театра в каждом отдельном городе и в стране в целом. Если театр на таком уровне, как Черкасский, то за  таких политиков не стоит голосовать. Театр - это инкубатор интеллектуальных секретов, которые передаются из поколения в поколение.

- Честно говоря, мне сложно представить, что театр действительно может влиять на общество.

- В Германии театр - мощнейший инструмент влияния на политику, общественность страны. Там ставят острейшие социальные спектакли. Я уже вспоминал о немецких режиссерах. Они работают в крупнейших театрах Германии и мира. Они свободно творят. Свободно обращаются с классикой и через нее поднимают важные вопросы о современной жизни. Ставят Шекспира, Мольера или Гете (меняя или не меняя тексты), но в этих героях немцы в первую очередь видят себя.

Вот, например, спектакль "Дядя Ваня" по Чехову Люка Персеваля. Он переписал сленгом весь текст, там употребляется и мат. Кроме доставления наслаждения и демонстрации красоты театр, таким образом, провоцирует зрителя, осуществляет мозговые атаки.

Действительно, Украина в этом отношении тотально отстает. Наш театр и в Киеве, и в других провинциальных городах (для меня Киев - тоже провинциальный город) - евнух. В нем нет места честным эмоциональным, сексуальным, политическим импульсам. Мы должны делать сейчас именно культурную революцию, революцию в наших головах.

Если уподобить наше сознание компьютеру, то сейчас крайне необходимо провести апгрейд, поменять чипы нашего мозга. В данный момент у нас они первого уровня, а в развитых странах - седьмого. И ничего не изменится, пока мы их не поменяем.

- То есть, вся проблема в культуре?

- Что такое культура, искусство? Почему немцы вкладывают в культуру такие большие деньги, 8 миллиардов евро в год? Потому что искусство развивает мозги. Мозги дают науку. Наука дает прогресс. Получается цепная реакция.

Я сейчас больше живу в Германии, и если сравнивать украинских детей в селах и городах и немецких - уровень развития один к десяти по уму. Я не говорю о таланте, о том, что заложено биологически, а о том, как учат детей…

- Два предыдущих театральных проекта, представленных в Киеве в рамках Недель немецкой культуры (имею в виду "Под льдом" в Гете-Институте и "Марат/Сад" Петера Вайса в Национальном театре русской драмы им. Леси Украинки) оказались разовыми проектами. Точечными ударами. Какая судьба ждет вашего "Войцека"?

-  Этот спектакль останется в репертуаре Черкасского театра. Также в этом театре я сейчас репетирую "Ленин Love Сталин Love", в Киеве премьера будет показана в Национальном театре оперы и балета. Этот спектакль будет посвящен очень важной для меня теме Голодомора в Украине в 1932-1933 годах.